**Дневник.**
Сегодня раздался звонок, и всё в моей жизни перевернулось.
Квартира? Какая квартира? равнодушно бросила мама.
Мам, ну та, дедушкина Ты же знаешь голос дрогнул.
А, та она хмыкнула. Да её давно нет. Продала.
Кровь ударила в виски. Колени подкосились, пришлось схватиться за стол.
Как продала?!
Ну как обычно. На “Авито” выставила, нашли покупателя. У Серёжи машина сломалась, а он без неё как без рук.
Я не смогла ответить. Просто бросила трубку. В горле стоял ком, хотелось кричать.
Вспомнила, как дед, довольный, водил меня по этой квартире после ремонта:
Вот вырастешь, внучка, будет у тебя своя крепость. Потом меня добрым словом вспомнишь гладил по голове.
Он умер, когда мне было двенадцать. Тогда я не понимала ценности его подарка. А когда мама сказала, что оформит квартиру на себя «временно», я и не спорила.
Буду сдавать, чтобы обновлять ремонт, убеждала она. Не хочешь же получить развалюху с долгами?
Я согласилась. На долгие годы забыла о квартире учёба, экзамены Вспомнила только перед поступлением.
Мам, можно я с подругой там поселюсь? робко спросила.
Но мама лишь рассмеялась:
Какая самостоятельность в восемнадцать? На какие деньги жить будешь?
Обида кольнула под рёбра, но я промолчала. Извинилась перед подругой, отказалась от планов.
Потом мама сама предложила альтернативу:
Поступай в другой город! В общежитии поселишься, а я с аренды помогать буду.
Я обрадовалась, обняла её. Первые полгода всё шло хорошо. Потом деньги стали приходить позже, потом меньше.
У стоматолога была, отмахивалась мама.
А потом я узнала, что у неё появился Сергей. Альфонс в чистом виде. Он жил за её счёт, «одаривал» её дешёвым светильником (который она сама доплатила), а потом начал намекать на участок конечно, оформленный на него.
Я пыталась открыть ей глаза, но мама лишь злилась:
Ты ничего не понимаешь! Я заслуживаю счастья!
Когда я перешла на третий курс, помощь и вовсе прекратилась.
Уволили меня, сухо сказала мама.
Я нашла подработки, кое-как дотянула до диплома. И когда, наконец, позвонила маме, чтобы договориться о квартире, услышала:
Какая квартира? Я же сказала продана!
Тогда я вспомнила про свою долю в её квартире.
Либо выкупаешь мою половину, либо продам незнакомцам, холодно сказала.
Мама взорвалась:
Я тебя растила! Ты хуже отца своего!
Я положила трубку. Через месяц на счету лежали её деньги.
Прости, дедушка, прошептала я. Но ты научил меня не верить словам.
Мне было мерзко. Он хотел, чтобы у нас у каждой был свой дом. Но мой дом превратился в колёса для чужого мужчины. Пришлось ответить подлостью на подлость.